Политновости

3 921 подписчик

Свежие комментарии

  • вячеслав харченко
    Россия, середины 19 века, 21 век, здесь, так и не наступил.Правительство кон...
  • Марина Панаева
    Тем более,что каждые орден и медалька(как и прибавка за звание у военных и артистов) даёт прибавку к их и так не хил...Правительство кон...
  • вячеслав харченко
    Орденов то щас, превеликое множество, тёте Вале, Андрея дали, с лентой ,небось, как во времена Салтыкова-Щедрина, ка...Правительство кон...

Капитализм, который не натягивается на Россию нипочем – но почему?

Капитализм, который не натягивается на Россию нипочем – но почему?

«Капиталистический манифест» известного финансиста и прогрессиста Андрея Мовчана привел в восторг многих его поклонников. Вот главное в этом воззвания:

«Многие пишут: всему виной капитализм, когда все продается и покупается и за взятку можно не заботиться о пожарной безопасности. Нет, это клептократический феодализм, который действительно построен в нашей стране.

Капитализм – это частные надзорные компании. Их цены – рыночные, за отсутствием сговора следит ФАС. Если владельцу здания не нравится одна надзорная компания, он может сменить ее на другую…

Капитализм – это муниципальная полиция, подчиненная выборному начальнику, которого знает вся округа. Она приезжает мгновенно по вызову и решает проблемы, а не создает их – потому что зарплаты хорошие и пенсия большая. И да, хорошие зарплаты и пенсии будут за наш счет, но капитализм – это когда за все надо платить.

Капитализм – это доверие между людьми, потому что если тебе нельзя доверять, никто не заплатит тебе за твою работу. Любая система работает на того, кто ей платит. В феодальной России за все платит государство, а деньги оно берет от продажи нефти – и потому всё работает на него. Не вы девушку ужинаете, не вам ее и танцевать.

Я хочу капитализма. Хочу, чтобы у систем, которыми я пользуюсь, был только один источник дохода – я. Тогда я буду клиентом, и меня будут обслуживать.

В этом – корень проблемы. А все остальное – коррупция, произвол – лишь следствия...»

Однако при всей соблазнительности этого проекта «радужного капитализма» в нем есть несколько «но».

Подобный капитализм, который воспевали еще более заливистые соловьи в начале 90-х, у нас тогда же уже был построен – и на деле оказался самым мерзким. И попытка номер два, я думаю, приведет точно к тому же результату. Ибо законы, в том числе и «капитализма с человеческим лицом», святы – да исполнители лихие супостаты.

Едва они дорываются до той полной свободы воли и рук, о которой грезит Мовчан, тотчас перестают трудится на благо буржуазной родины и давай красть, убивать себе подобных, а не подобных – тем более.

Означает ли это, что для России образцовый, классический капитализм неприемлем? Возможно – хотя окончательно трудно сказать.

Описанный Мовчаном строй требует лютого индивидуализма и определенной духовной ограниченности: моя хата – в центре всего; а государство, как золотая рыбка в мечтах старухи – на побегушках у меня.

Но русская душа от природы широка, и если ее обкорнать до европейской – будет тосковать, терять облик человеческий и божий и бунтовать в самой поганой порой форме.

Не хочет русский человек гулять без привязи, душа его не принимает такой отвязанный строй.

Но в чем собственно эта русская идея и душа?

Не залезая в дебри, я бы выразил это всего в двух строчках популярной когда-то песни:

«Штурмовать далеко море

Посылает нас страна!»

Вот привязь, о которой в душе грезит русский человек! К родной стране и бескрайнему морю, космосу, который мы штурмовали в рамках этой парадигмы с потрясающим успехом, оставляя позади весь классический капитализм.

Но едва лишь сдуру, обольщенные певучими индивидуалистами вроде Мовчана и Чубайса, клюнули на «две Волги на ваучер» и попробовали себя на чуждой нам стезе – тут же пали мордой в грязь.

Мовчан наивно противопоставляет «клептократический феодализм, построенный в нашей стране» – и тот радужный капитализм, который надобно построить. Но обе эти вещи в нашем преломлении – одно и то же! Только в такой, наблюдаемой ныне форме клептократического феодализма Россия и способна принять «радужный капитализм». Почти 30 лет нашей адаптации к не нашей социально-политической модели – разве малый срок, чтобы эту простую истину понять?

А что может русская душа принять – из современных политических моделей?

Мне кажется, нам наиболее подходит модель Кипра – с его огромным госрегулированием и великой национальной сплоченностью.

Кипр кроме того – очень религиозная страна, где официально признается лишь церковный брак, но церковь кроме ее прямых молитв занимается еще и откровенным бизнесом. Крупнейшая компания Кипра КЕО по производству спиртного и продуктов питания, одновременно и самый крупный работодатель, принадлежит церкви. Это гарантия качества и лучших цен: скажем, знаменитое во всем мире кипрское вино коммандария – самое лучшее и дешевое в церковном исполнении.

Для нас это сегодня нонсенс – разве святоши могут так себя вести? На Кипре – могут.

Полиция там крайне малочисленна, ее не видно вообще – но полицейский получает такую ставку и такой соцпакет, что не нуждается в рисковых взятках вообще.

Кипр любит русских – в память об СССР, спасшем его сначала от английских колониалистов, потом от греческих «черных полковников» и от турецких завоевателей… Я разговариваю там с хозяйкой магазина по-английски, к нам подходит англичанин, спрашивает, как ему пройти куда-то – и она отвечает ему на ломаном русском. Он – в бешенстве, она – в восторге. Хотя прекрасно понимает, что это отнюдь не в пользу ее бизнесу. Но бизнес для киприота – всегда на втором плане. На первом – эта самая национальная идея: «Мы – люди одного острова, остров – во-первых, все остальное – во-вторых, и хрен таких нас победишь!»

И вот что при этом крайне показательно: поставив лошадь «тихого национализма» впереди бизнес-телеги, киприоты добились в своем производстве – в основном аграрном – выдающихся успехов. Инфраструктура – от великолепных дорог до искусственных водоемов и ветряных электростанций – на высоте. Пенсии – выше среднеевропейских. Государство сообща с трудовой церковью – рулят во всем.

И еще занятый факт: в мирное время личность главы Кипра не влияет вообще ни на что. Киприоты, ничуть не чуждые политики, меняют своих глав как перчатки – но не испытывают при этом никакого дискомфорта.

Понятно, что между Россией и Кипром пропасть огромного размера, и я говорю тут не о копировании чужой идеологии – а лишь о победоносном примере.

Давайте на миг вообразим, что и в России взяла бы верх несуществующая сейчас партия национального прогресса. По-человечески внушила бы чиновникам, судьям, полицейским и бизнесменам: живите честно – так, чтобы согражданам приятно было на вас посмотреть. Мы вам дадим заработать хорошо – но без дурных излишеств. Вот вам молитва на каждый день: «Россия – превыше всего!» Но без фашистских перегибов.

Отозвались бы на это наши сегодняшние передовики, поставленные нашей дикой обстановкой в необходимость врать, красть и продавать душу дьяволу?

Я думаю, отозвались бы. Поскольку любой человек от природы – все же человек, а не позорная скотина.

И тогда все, что касается радужного или безрадужного капитализма – стало бы, как на блаженном Кипре, вопросом номер два.

Но как, каким чудом и чьими усилиями внести сейчас этот вопрос в нашу повестку дня?

Не знаю. Но малочисленные киприоты, когда многочисленная Турция пошла на них войной – смогли вырешить этот вопрос их жизни и смерти. Неужто мы слабей и хуже этих гордых островитян?

Александр Росляков

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх